Преддоговорной спор о цене на газ — вне компетенции антимонопольного органа

Адвокаты антимонопольной практики АБ «КиП» добились признания недействительными решения и предписания антимонопольного органа, принятых в отношении нескольких компаний, входящих в одну группу лиц.

Поводом для возбуждения дела стали разногласия покупателя и регионального поставщика газа относительно цены, по которой будет оплачиваться газ в предстоящем году.

Следует отметить, что применительно к оптовым ценам на газ, добываемый ПАО «Газпром» и его аффилированными лицами, порядок определения стоимости ограничивается установлением диапазона между предельными минимальным и максимальным уровнями оптовых цен, которые утверждались ФСТ России. Конкретная цена в рамках диапазона определяется сторонами самостоятельно в соглашении, поскольку критерии ее определения нормативно в настоящее время не урегулированы.

Покупатель, будучи бюджетным учреждением, настаивал на применении минимальной цены диапазона, а региональный поставщик предложил установить в договоре максимальную цену. При этом поставщик, являясь единственной организацией на территории республики, осуществляющей реализацию газа, занимал доминирующее положение на товарном рынке. Указанных обстоятельств стало достаточно, чтобы антимонопольный орган признал действия поставщика экономически необоснованным уклонением от заключения договора по цене, предложенной покупателем (п. 5 ч. 1 ст. 10 ФЗ «О защите конкуренции»).

Данное дело примечательно тем, что региональный поставщик мотивировал отсутствие у него возможности заключить договор по минимальной цене приобретением газа у оптового поставщика по такой же максимальной цене. Однако данные доводы не только были не приняты антимонопольным органом, но и стали причиной проверки законности действий и оптового поставщика. В ходе рассмотрения дела антимонопольный орган установил, что региональный и оптовый поставщики газа входят в одну группу лиц. А поскольку региональный поставщик был включен в реестр хозяйствующих субъектов, занимающих доминирующее положение, антимонопольный орган счел наличие оснований для признания обоих поставщиков, входящих в группу лиц, нарушившими установленный порядок ценообразования путем заключения между собой договора по максимальной цене, что лишило возможности покупателей получать газ по цене, отличной от максимальной. С данными выводами согласились суды первой и апелляционной инстанций.

Однако в суде кассационной инстанции адвокатам удалось доказать, что одного лишь нахождения хозяйствующего субъекта в одной группе лиц с лицом, занимающим доминирующее положение на товарном рынке, недостаточно для применения к нему норм ст. 10 ФЗ «О защите конкуренции». В круг обстоятельств, подлежащих доказыванию, входит установление факта осуществления хозяйствующими субъектами деятельности на одном товарном рынке и занятие группой лиц доминирующего положения на этом товарном рынке. Суд кассационной инстанции согласился с доводами адвокатов, что антимонопольный орган не проводил анализ товарного рынка, не выявлял круг хозяйствующих субъектов, действующих на нем, не устанавливал, и не рассчитал размер их долей, что исключает доказанность доминирующего положения у группы лиц.

Кроме того, суд кассационной инстанции согласился и с доводом об отсутствии в действиях обоих поставщиков уклонения от заключения договора и нарушения установленного порядка ценообразования, поскольку в данном случае сторонами велась обычная процедура согласования условий договора. Сам по себе факт несогласия контрагента с условиями договора нельзя расценивать как обстоятельство, свидетельствующее о необоснованном уклонении от заключения договора по минимальной цене. Недостижение согласия по условиям договора на данном этапе, которые подлежали разрешению в гражданско-правовом порядке, само по себе не может рассматриваться как действия по недопущению, ограничению, устранению конкуренции либо ущемление чьих-либо прав в смысле ст. 10 ФЗ «О защите конкуренции». В данном случае наличие между поставщиком и покупателем разногласий является основанием для урегулирования таких разногласий в судебном порядке в рамках преддоговорного спора.