Тактика предъявления требований к несостоятельному должнику

Автор: юрист Дмитрий Шевченко

Особенности правового положения кредиторов в деле о банкротстве, влияющие на перспективу удовлетворения требований во многом зависят от характера и времени предъявления требований к должнику. В данной связи необходимо отметить, что одной из форм управления экономическими и юридическими рисками хозяйственной деятельности является осуществление «контроля» над процедурой несостоятельности (банкротства) должника.

Для получения «контроля», немаловажным фактором является приобретение статуса заявителя по делу о банкротстве, позволяющего предложить кандидатуру «лояльного» арбитражного управляющего, действующего в интересах кредиторов, активно оспаривающего необоснованные требования к должнику, выявляющего активы и подозрительные сделки должника.

Необходимой предпосылкой возникновения у кредитора права на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом является получение судебного решения о взыскании с должника денежного долга, что обуславливает необходимость инициирования спора в общеисковом порядке.

Между тем, судебное разбирательство по такому спору может затянуться вплоть до нескольких лет, тогда как процедура наблюдения будет введена по требованию другого кредитора. Например, в период рассмотрения судебного спора, процедура наблюдения может быть введена по требованию кредитной организации, специальная правоспособность которой позволяет в ряде случаев обращаться в арбитражный суд без представления вступившего в законную силу судебного акта.

В таком случае перед кредитором, взыскивающим задолженность в порядке искового производства, возникает выбор одного из вариантов возможного поведения: продолжить взыскание задолженности в порядке искового производства и предъявлять требование к должнику только по результатам рассмотрения спора в суде первой инстанции, либо ходатайствовать о приостановлении производства по делу применительно к ч. 2 ст. 143 АПК РФ и предъявлять требования в деле о банкротстве должника.

В частности, в пункте 28 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее по тексту — Постановление № 35), разъясняется, что согласно абзацу 3 пункта 1 ст. 63 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее — Закон о банкротстве) с даты вынесения судом определения о введении наблюдения наступает следующее последствие: по ходатайству кредитора приостанавливается производство по делам, связанным с взысканием с должника денежных средств, и кредитор в этом случае вправе предъявить свои требования к должнику в порядке, установленном данным Законом.

В данной связи стоит отметить позицию по делу №А40−119 202/2015, изложенную в определении СКЭС Верховного суда РФ от 25.10.2018 № 305-ЭС17−16350(2). Так, кредитору, обратившемуся с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности по договору займа, было отказано в удовлетворении требования. При этом кредитор скрыл от арбитражного суда и лиц, участвующих в деле сведения о наличии не приостановленного производства о взыскании указанной задолженности в исковом порядке. Компания повторно обратилась с требованием о включении в реестр задолженности по тому же договору, указывая на вступившее в законную силу решение по делу, которым требования компании были удовлетворены. Удовлетворяя требования кредитора, суды трех инстанций исходили из общеобязательности вступившего в законную силу судебного акта, установившего факт и размер задолженности. Отменяя судебные акты нижестоящих судебных инстанций и прекращая производство по обособленному спору, Верховный суд РФ указал, что подача искового заявления о взыскании с должника долга по денежным обязательствам до даты введения наблюдения предоставляет кредитору исключительное право выбора порядка рассмотрения требований к должнику, тогда как наличие неприостановленного и непрекращенного искового производства по требованию кредитора, заявленному в деле о банкротстве, является основанием для оставления судом, рассматривающим дело о банкротстве, такого требования без рассмотрения применительно к пункту 1 части 1 ст. 148 АПК РФ (пункт 29 Постановления № 35).

Целесообразность применения того или иного варианта предъявления требования определяется индивидуально, исходя из конкретных обстоятельств дела. Несмотря на это, представляется возможным выделить некоторые положительные и отрицательные аспекты обозначенных подходов к предъявлению требований к несостоятельному должнику.

Порядок предъявления в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) требования, подкрепленного вступившим в законную силу решением суда, обладает своими отличительными особенностями.

Согласно пункту 1ст. 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе судов, рассматривающих дела о банкротстве.

При этом вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле (часть 3 ст. 69 АПК РФ).

В силу абзаца 2 пункта 10 ст. 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов, подтвержденным вступившим в законную силу судебным актом в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

Данное положение Закона о банкротстве являлось предметом обращения в Конституционный суд РФ о необходимости проверки положения на предмет наличия нарушения ст. 19 (часть 1), 35 и 46 (часть 1) Конституции Р Ф, как обязывающего арбитражный суд при рассмотрении дела о банкротстве следовать судебным решениям, ранее принятым по итогам разрешения имущественных споров. В определении от 24.12.2012[1] Конституционный суд РФ указал, что данное законодательное положение направлено, в том числе на реализацию принципа обязательности судебного акта (ст. 16 АПК РФ, ст. 13 ГПК РФ), и само по себе не может рассматриваться как нарушающее конституционные права и свободы заявителя.

Свое развитие вышеуказанная позиция нашла и в определении СКЭС Верховного Суда Р Ф от 21.04.2020 № 302-ЭС20−3848 по делу №А58−6901/2018, в котором указано, что данное положение направлено на реализацию принципа обязательности судебного акта, вследствие чего законодатель установил, что требование кредитора, основанное на судебном акте, может быть подвергнуто изменению другим судом только при условии отмены (изменении) судебного акта в порядке пересмотра, либо при условии исполнения судебного акта должником. Правовой механизм реализации прав кредитора, конкурирующего с тем, чьи требований включены в реестр требований кредиторов на основании вступившего в законную силу судебного акта, разъяснен в пункте 24 Постановления № 35.

Не менее значима и изложенная в определении СКЭС Верховного Суда Р Ф от 24.12.2015 № 304-ЭС15−12 643 по делу №А45−6961/2014, а также в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Р Ф № 2 (2020), утв. Президиумом Верховного Суда Р Ф 22.07.2020 позиция, согласно которой обжалование кредитором (или арбитражным управляющим) судебных актов по правилам пункта 24 Постановления № 35 (экстраординарное обжалование ошибочного взыскания) является одним из выработанных судебной практикой правовых механизмов обеспечения права на судебную защиту лиц, не привлеченных к участию в деле, в том числе тех, чьи права и обязанности обжалуемым судебным актом непосредственно не затрагиваются. Экстраординарное обжалование предполагает, что с заявлением обращается лицо (кредитор или арбитражный управляющий в интересах кредиторов), не участвовавшее в деле, которое и не подлежало привлечению к участию в нем, по которому судебный акт о взыскании долга объективно противопоставляется в деле о банкротстве ответчика (должника).

Действительно, наделение конкурирующих кредиторов и арбитражного управляющего правом заявлять возражения относительно требований кредиторов, подтвержденных судебным актом, фактически легализовало бы возможность принятия двух взаимоисключающих судебных актов, одним из которых требование кредитора признается, а другим в удовлетворении такого требования отказывается. Тем не менее, отмена судебного акта в порядке апелляционного (кассационного) обжалования, в том числе направление требования на новое рассмотрение в суд первой инстанции будет являться основанием для пересмотра определения о включении этого требования в реестр по новым обстоятельствам (пункт 1 части 3 ст. 311 АПК РФ) в ходе любой процедуры банкротства.

Таким образом, тактика кредитора, предполагающая осуществление дальнейших мероприятий по взысканию задолженности в порядке искового производства, нацелена на придание требованию характера бесспорного и получение возможности включиться в реестр в «упрощенном» порядке. Кроме того, существенное значение имеет и факт фиксации непосредственно в тексте судебного акта всех существенных обстоятельств дела. Из указанного следует, что наиболее удачным положением для предъявления требования к должнику обладает тот кредитор, у которого к моменту начала течения срока на предъявление требований для целей участия в первом собрании кредиторов имеется судебный акт, подтверждающий наличие задолженности.

В данной связи стоит отметить, что из разъяснений, изложенных в пункте 22 Постановления № 35 следует, что кредитор вправе предъявить к должнику требования, основанные на не вступившем в законную силу судебном акте. Однако такой судебный акт свойством обязательности для исполнения не обладает, хотя его значение не стоит преуменьшать. Производство по рассмотрению требования кредитора может быть приостановлено до вступления судебного акта в законную силу применительно к положениям п. 1 ч.1 ст. 143 АПК РФ. В данном случае требование кредитора считается первоначально-заявленным независимо от даты вступления судебного акта в законную силу, на что обращает внимание практика арбитражных судов[2]. Из указанного следует, что предъявление требования, основанного на не вступившем в законную силу судебном акте, является действенным механизмом, позволяющим кредитору заявить свои требования уже в процедуре наблюдения не дожидаясь вступления судебных актов в законную силу.

Менее очевидной является ситуация, при которой на дату введения в отношении должника процедуры наблюдения кредитор осознает невозможность получения судебного акта и предъявления требования в отведенный законом тридцатидневный срок. В связи этим перед кредитором вновь возникает выбор: осуществлять дальнейшее взыскание задолженности в рамках искового производства и дожидаться рассмотрения требования в рамках следующей процедуры (пункт 7 ст. 71 Закона о банкротстве), либо остановиться на достигнутом и начать все с «чистого листа».

Несомненно, ранее описанные преференции будут сохранены за кредитором в случае последующего получения судебного акта, однако последствия пропуска срока предъявления требования в процедуре наблюдения могут оказаться необратимыми для процедуры банкротства в целом, лишив кредитора малейшей возможности вернуть утраченные активы.

Для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения временного управляющего о введении процедуры наблюдения в газете «Коммерсантъ» (пункты 6, 8 ст. 28, пункт 1 ст. 71 Закона о банкротстве). В пункте 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 26.07.2005 № 93 «О некоторых вопросах, связанных с исчислением отдельных сроков по делам о банкротстве» в указанный тридцатидневный срок входят нерабочие дни. При этом срок предъявления требования в любом случае является пресекательным и восстановлению не подлежит, независимо от причин пропуска, на что следует обратить внимание кредитору.

Вариант предъявления требования к должнику в процедуре наблюдения является оптимальным с точки зрения процессуальной экономии, поскольку не требует наличия судебного акта о взыскании задолженности.

Согласно правовой позиции, приведенной в Определении СКЭС Верховного Суда Р Ф от 23.08.2018 № 305-ЭС18−3533 по делу №А40−247 956/2015, требование о включении в реестр задолженности по договору по своей правовой природе аналогично исковому требованию о взыскании долга по соответствующему виду договора, за тем исключением, что в первом случае в отношении ответчика проводятся процедуры несостоятельности. Для предъявления требования кредитору необходимо наиболее полным образом раскрыть первичную учетную документацию, опосредующую взаимоотношения сторон, исключив разумные сомнения относительно наличия задолженности в условиях действия повышенного стандарта доказывания обоснованности требований в деле о банкротстве.

Выбирая данный вариант предъявления требования, кредитор должен позаботиться о том, чтобы на дату рассмотрения заявления об установлении требования к должнику не возникло ситуации, при которой исковое производство по данному требованию, не прекращено и не приостановлено, поскольку данное обстоятельство является основанием для оставления такого требования без рассмотрения, за исключением случая, когда кредитор подал в указанном исковом производстве ходатайство о приостановлении или прекращении производства по делу (пункт 1 части 1 ст. 148 АПК РФ,
пункт 29 Постановления № 35).

В практике арбитражных судов встречаются ситуации, когда кредитор, обратившись в дело о банкротстве с заявлением об установлении требования к должнику, в целях исключения конкуренции двух судебных споров, заявляет отказ от иска в рамках искового производства. При таких обстоятельствах суды отказывают в удовлетворении требований кредитора в деле о банкротстве и исходят из того, что ранее заявитель уже реализовал свое право на отказ от иска о взыскании спорной задолженности[3]. Аналогичным образом, кредитор, заявивший отказ от иска в рамках обособленного спора в деле о банкротстве не вправе вновь обратиться с установлением этого требования в рамках любого последующего инициированного дела о банкротстве такого должника[4].

Одним из ключевых преимуществ, возникающих в связи с предъявлением требования в процедуре наблюдения является получение права заявлять возражения относительно обоснованности требований иных кредиторов должника, в том числе обжаловать судебные акты, принятые по результатам рассмотрения таких требований в деле о банкротстве,[5] а также оспаривать судебные акты, на которых основаны требования заявившихся кредиторов[6]. Активное участие кредитора в рассмотрении и оспаривании требований иных кредиторов, позволяет своевременно заявлять возражения относительно пропуска сроков исковой давности, доводы о недействительности сделки, лежащей в основе требования[7], что позволяет минимизировать возможность включения в реестр необоснованных требований, а также требований аффилированных с должником и контролирующих должника лиц.

В данной связи стоит отметить, что одним из относительно актуальных механизмов предъявления возражений против требований кредиторов, можно считать возможность заявлять о необходимости субординации требований (понижении в очередности удовлетворения) со ссылкой на положения Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утв. Президиумом Верховного Суда Р Ф 29.01.2020. Анализ судебной практики позволяет сделать вывод о том, что суды активно применяют субординацию в отношении требований аффилированных и контролирующих должника лиц, в том числе требований подтвержденных судебными актами[8]. Тем самым, арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве с одной стороны признает обязательность судебного акта, на котором основывается требование такого кредитора (не пересматривая спор по существу) и признавая факт наличия задолженности, тогда как с другой стороны реализует свои дискреционные полномочия по определению очередности удовлетворения требования, (понижая его в очередности, исключая конкуренцию таких требований с требованиями независимых кредиторов должника).

Предъявление требования в процедуре наблюдения предоставляет кредитору право участвовать в первом собрании кредиторов должника и принимать решения по всем важнейшим вопросам (ст. 12 Закона о банкротстве) процедуры наблюдения, в том числе определить дальнейшую судьбу должника, выбрать кандидатуру арбитражного управляющего или саморегулируемую организацию арбитражных управляющих, из числа членов которой будет утвержден арбитражный управляющий, избрать членов комитета кредиторов должника и т. д.

Кроме того, включение требований в реестр кредиторов в процедуре наблюдения позволяет кредитору заблаговременно получить информацию:
о финансовом состоянии (активах и пассивах) компании; о наличии оснований для оспаривания сделок должника в процедуре конкурсного производства в целях пополнения конкурсной массы должника и возврата активов должника; оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; о наличии оснований для обращения в правоохранительные органы по фактам фиктивного и преднамеренного банкротства (в том числе проведение экспертизы наличия признаков преднамеренного банкротства), а также мошеннических и иных незаконных действий лиц, входящих в органы управления должника; а также иных сведений, позволяющих оценить повлиять на перспективу погашения задолженности в процедуре банкротства.

Кредитор, опоздавший с предъявлением требования в установленный пунктом 1 ст. 71 Закона о банкротстве срок, не лишается возможности впоследствии обратиться в суд с заявлением об установлении размера требования кредитора в процедуре наблюдении, за следующим изъятием. В соответствии с пунктом 7 ст. 71 Закона о банкротстве и пунктом 27 постановления Пленума ВАС РФ от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» требования кредиторов, предъявленные по истечении указанного срока, рассматриваются арбитражным судом не позднее чем через месяц после введения процедуры, следующей за процедурой наблюдения, на что указывается в определении о его принятии. Кредитор приобретает ограниченный набор прав, в том числе право заявлять возражения относительно требований других кредиторов, однако лишается возможности повлиять на решения, принимаемые первым собранием кредиторов должника.

В силу пунктов 1, 4 ст. 142 Закона о банкротстве, реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства[9]. Верховный суд РФ в ряде определений указывает, что по общему правилу негативным последствием нерасторопности кредитора по пропуску двухмесячного срока для предъявления требований является понижение очередности удовлетворения его требований, заявленных с опозданием[10].

Последствия пропуска названного срока обозначены в пункте 4 ст. 142 Закона о банкротстве, согласно которого требования конкурсных кредиторов и (или) уполномоченных органов, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счёт оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника. Конституционный суд РФ неоднократно обращал внимание, что закрытие реестра требований кредиторов обусловлено необходимостью создания определенности имущественного положения кредиторов и должника в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов, а возможность удовлетворения требований, предъявленных до и после закрытия реестра требований кредиторов, зависит от фактической платежеспособности конкретного должника и наличия у него имущества, достаточного для удовлетворения таких требований[11].

Ситуация, при которой у должника имеются денежные средства для начала расчета с кредиторами, требования которых включены «за реестр» требований, является крайне редкой. В связи с этим основной задачей кредитора, рассчитывающего на получение денежных средств, является предъявление требования до закрытия реестра, что не всегда гарантирует включение в такой реестр.

Например, в практике арбитражных судов имеется немало случаев, когда кредитор предъявляет к должнику свои требования в установленный пунктом 1 ст. 142 Закона о банкротстве срок, однако впоследствии выявляет необходимость уточнения ранее заявленного требования в порядке ст. 49 АПК РФ. Для каждого нового принятого требования в рамках уже возбужденного производства по соответствующему спору, срок заявления требования на включение в реестр требований кредиторов должника исчисляется самостоятельно с даты соответствующего заявления (поступления требования в суд). Таким образом, если уточненное требование кредитора заявлено и принято судом уже после закрытия реестра, кредитор считается опоздавшим, а его требование будет подлежать включению «за реестр» требований кредиторов. При этом суды исходят из того, что предъявление первоначального требования в установленный срок не приостанавливает течение сроков, либо основанием восстановления срока не является[12].

Помимо неблагоприятных последствий, связанных с вероятностью пропуска срока на подачу заявления о включении требования в реестр требований кредиторов, предъявление требования к должнику на этапе конкурсного производства (в том числе с пропуском срока, установленного пунктом 1 ст. 71 Закона о банкротстве) лишает кредитора большинства преимуществ, предоставляемых в процедуре наблюдения.

Кроме того, такие значимые права, как: право на подачу заявления о признании сделки должника недействительной (пункт 2 ст. 61.9 Закона о банкротстве); право на подачу заявления о привлечении контролирующих должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (пункт 2 ст. 61.14 Закона о банкротстве); право на оспаривание решений собрания (комитета) кредиторов, оспаривание торгов по продаже имущества должника, подачу жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего, а также право на подачу заявлений о разрешении разногласий (жалоб) в деле о банкротстве (ст. 60 Закона о банкротстве), возникают у кредитора только после установления его требования в деле о банкротстве.

Важно отметить, что заявление о привлечении контролирующих должника лиц может быть подано в ходе любой применяемой в деле о банкротстве процедуре, в том числе в процедуре наблюдения, чем нередко пользуются кредиторы. Как правило, совместно с таким заявлением подается ходатайство о принятии обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество контролирующих должника лиц, чем обеспечиваются гарантии сохранения их имущественного положения и возможность исполнения судебного акта по делу.

Из указанного следует, что на дату установления требования кредитора в деле о банкротстве, обособленные споры об оспаривании сделок и привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности могут быть рассмотрены в суде первой инстанции и разрешены не в пользу кредиторов.

Таким образом, представляется возможным выделить как положительные, так и отрицательные аспекты обозначенных подходов к предъявлению требований к несостоятельному должнику. Общей для всех вышеперечисленных подходов рекомендацией является необходимость внимательно относиться к вопросу соблюдения процессуальных сроков. Предъявление требования в процедуре наблюдения позволяет кредитору наиболее полным образом реализовать свои права и защитить интересы в деле о банкротстве, тогда как к стадии конкурсного производства у кредитора есть высокие шансы получить судебный акт, придающий требованию характер бесспорного. Индивидуальная тактика предъявления требования вырабатывается в зависимости от конкретных обстоятельств спора и требует детальной проработки всех возможных вариантов развития дела.

Список источников:

  1. Постановление Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»;
  2. Постановление Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)»;
  3. Постановление Пленума ВАС РФ от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»;
  4. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2020), утв. Президиумом Верховного Суда РФ07.2020;
  5. Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц», утв. Президиумом Верховного Суда Р Ф 29.01.2020;
  6. Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 26.07.2005 № 93 «О некоторых вопросах, связанных с исчислением отдельных сроков по делам о банкротстве»;
  7. Определение Конституционного суда РФ от 24.12.2012 № 1609-О/2012 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы открытого акционерного общества «Южная многоотраслевая корпорация» на нарушение конституционных прав и свобод положением пункта 10 статьи 16 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»;
  8. Определение Конституционного Суда Р Ф от 22.12.2015 № 3021-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы акционерного общества «Объединенная лизинговая компания «Центр-капитал» на нарушение конституционных прав и свобод пунктом 1 статьи 5, пунктами 4 и 5 статьи 142 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»;
  9. Определение Конституционного Суда Р Ф от 16.07.2015 № 1699-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Коноваловой Татьяны Прокофьевны на нарушение ее конституционных прав пунктами 4 и 5 статьи 142 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»;
  10. Определение СКЭС Верховного Суда Р Ф от 24.12.2015 № 304-ЭС15−12 643 по делу №А45−6961/2014;
  11. Определение СКЭС Верховного суда РФ от 24.12.2015 № 305-ЭС15−13 488 по делу №А40−26 073/2012;
  12. Определение СКЭС Верховного суда РФ от 27.09.2018 № 305-ЭС18−8007 по делу №А40−11 766/2015;
  13. Определение СКЭС Верховного суда РФ от 24.09.2014 по делу № 307-ЭС14−100, А44−5100/2012;
  14. Определении СКЭС Верховного Суда Р Ф от 23.08.2018 № 305-ЭС18−3533 по делу №А40−247 956/2015;
  15. Определение СКЭС Верховного Суда Р Ф от 01.08.2019 № 307-ЭС19−2994 по делу №А66−7543/2018;
  16. Определение СКЭС Верховного Суда Р Ф от 21.08.2018 № 5-КГ18−122 по делу №А33−41 449/2017;
  17. Определение СКЭС Верховного Суда Р Ф от 05.03.2020 № 305-ЭС19−21 315 по делу №А40−58 702/2018;
  18. Определение СКЭС Верховного суда РФ от 25.10.2018 № 305-ЭС17−16350(2) по делу №А40−119 202/2015;
  19. Определение СКЭС Верховного Суда Р Ф от 21.04.2020 № 302-ЭС20−3848 по делу №А58−6901/2018;
  20. Постановление Арбитражного суда Московского округа от 06.03.2015 №Ф05−875/2015 по делу №А46−7856/2014;
  21. Постановление Арбитражного суд Уральского округа от 25.11.2016 по делу № А34−6498/2014 (NФ09−10 862/16);
  22. Постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 09.04.2018 № 01АП-1288/2018 по делу №А39−3528/2017;
  23. Постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 10.08.2018 № 02АП-5174/2018 по делу №А29−14 323/2017;
  24. Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2016 по делу №А34−6498/2014 (N 18АП-10 875/2016);
  25. Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2014 по делу № А56−64 177/2013;
  26. Определение Арбитражного суда Курганской области от 28.06.2021 по делу №А34−14 940/2020;
  27. Определение Арбитражного суда города Москвы от 21.06.2021 по делу №А40−220 051/2020;
  28. Определение Арбитражного суда Красноярского края от 09.11.2019 по делу №А33−25 891/2017;
  29. Определение Арбитражного суда Ставропольского края от 23.03.2021 по делу №А63−14 271/2017;
  30. Определение Арбитражного суда Челябинской области от 07.06.2021 по делу № А76−33 402/2018.

[1] Определение Конституционного суда РФ от 24.12.2012 № 1609-О/2012 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы открытого акционерного общества «Южная многоотраслевая корпорация» на нарушение конституционных прав и свобод положением пункта 10 ст. 16 Федерального закона
«О несостоятельности (банкротстве)».

[2] См.: Постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 09.04.2018 № 01АП-1288/2018 по делу
№А39−3528/2017; Постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 10.08.2018 № 02АП-5174/2018 по делу №А29−14 323/2017; Постановление Арбитражного суда Московского округа от 06.03.2015 N Ф05−875/2015 по делу №А46−7856/2014.

[3] Постановление Арбитражного суд Уральского округа от 25.11.2016 по делу № А34−6498/2014 (№Ф09−10 862/16); Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2016 по делу №А34−6498/2014 (№ 18АП-10 875/2016); Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2014 по делу № А56−64 177/2013.

[4] Определение СКЭС Верховного Суда Р Ф от 05.03.2020 № 305-ЭС19−21 315 по делу №А40−58 702/2018.

[5] Постановление Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 N 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)».

[6] Определение СКЭС Верховного Суда Р Ф от 01.08.2019 № 307-ЭС19−2994 по делу №А66−7543/2018, Определение СКЭС Верховного Суда Р Ф от 21.08.2018 № 5-КГ18−122 по делу № 33−41 449/2017.

[7] Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» арбитражный суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную, в том числе при рассмотрении требования о включении в реестр.

[8] См., например: Определение Арбитражного суда Курганской области от 28.06.2021 по делу
№А34−14 940/2020, Определение Арбитражного суда города Москвы от 21.06.2021 по делу
№А40−220 051/2020, Определение Арбитражного суда Челябинской области от 07.06.2021 по делу
№А76−33 402/2018.

[9] Аналогичные разъяснения приведены в информационном письме Президиума ВАС РФ от 26.07.2005 № 93 «О некоторых вопросах, связанных с исчислением отдельных сроков по делам о банкротстве».

[10] Определение СКЭС Верховного суда РФ от 27.09.2018 № 305-ЭС18−8007 по делу №А40−11 766/2015; Определение СКЭС Верховного суда РФ от 24.09.2014 по делу № 307-ЭС14−100, №А44−5100/2012.

[11] Определение Конституционного Суда Р Ф от 22.12.2015 № 3021-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы акционерного общества «Объединенная лизинговая компания «Центр-капитал» на нарушение конституционных прав и свобод пунктом 1 ст. 5, пунктами 4 и 5 ст. 142 Федерального закона
«О несостоятельности (банкротстве)»; Определение Конституционного Суда Р Ф от 16.07.2015 № 1699-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Коноваловой Т. П. на нарушение ее конституционных прав пунктами 4 и 5 ст. 142 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

[12] Определение СКЭС Верховного суда РФ от 24.12.2015 № 305-ЭС15−13 488 по делу №А40−26 073/2012; Определение Арбитражного суда Красноярского края от 09.11.2019 по делу №А33−25 891/2017; Определение Арбитражного суда Ставропольского края от 23.03.2021 по делу №А63−14 271/2017.